подборки1 апреля 2016 г. в 09:00

Наши друзья из «Ревизор.ру» опубликовали интересную статью, раскрывающую тайну того, как ГМИИ им. Пушкина получил уникальную возможность выставить в экспозиции «Олимпию», какой скандал вызвала эта картина в свое время в парижском Салоне, а интервью с искусствоведом Мариной Свидерской прольет свет на индивидуальную манеру Мане и отличительные черты его творчества.

В Москву привезли одну из самых известных картин Эдуарда Мане. Выставка «Олимпия» из собрания музея д'Орсе расположилась в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина и продлится с 19 апреля до 17 июля 2016.

Знаменитая картина одного из основателей импрессионизма Эдуарда Мане «Олимпия», хранящаяся в парижском музее д’Орсе, приехала в Москву. Ее первое представление на публике в 1865 году вызвало скандал, а сегодня музеи всего мира мечтают заполучить полотно хоть на короткое время. В 2013 году картина впервые была вывезена из Франции и представлена на выставке в Венеции, и вот теперь исключительное право показать полотно получил ГМИИ им. Пушкина.

«Олимпия» была написана Эдуардом Мане в 1863 году и сегодня по праву входит в список шедевров мирового изобразительного искусства. «В своей работе он сделал попытку переосмыслить образную и пластическую «формулу» «Венеры Урбинской» кисти Тициана», – пояснила искусствовед и автор текстов к экспозиции в ГМИИ им. Пушкина Марина Свидерская. Мане взял за основу женское природное начало богини Венеры и попытался соединить его с настроениями своей эпохи. Он вступил в диалог с полотном Тициана, а также с темой любви и красоты в европейском искусстве. И в результате создал совершенно новый изобразительный язык.

В отличие от большинства импрессионистов, которые тяготели к созданию этюдов, наполненных впечатлениями и игрой светотени, Мане стремился писать полноценные картины с серьезным сюжетом. С этим связано и его желание выставляться в салоне. По словам Свидерской, он хотел войти в систему, чтобы приучить ее к своей живописи и изменить. Именно поэтому он представил полотно «Олимпия» в 1865 году на знаменитом парижском Салоне.

Критики разгромили картину. «Олимпия» вызвала такой шквал возмущения, что, по воспоминаниям современников, возле нее сначала пришлось выставить охрану, а затем и вовсе поднять полотно под самый потолок в дальнем углу выставки. Творческие поиски реалиста Мане столкнулись с идеальным мифологическим образом, который в связи с этим приобрел совершенно иное звучание. Публика увидела не привычную обнаженную идеальную богиню, а именно голую женщину, распущенную куртизанку, которая совершенно не стесняется своего положения, а наоборот достаточно смело глядит на зрителя. 

Этот эффект «неприличия» усугубило и то, что в «Олимпии» без труда можно было узнать совершенно конкретного человека – любимую натурщицу Мане Викторину Меран. Да и название картины, придуманное друзьями художника, сразу напоминало о героине романа Александра Дюма «Дама с камелиями» – блестящей, холодной и расчетливой даме полусвета.

Лишь немногие поддержали Мане в его творческом поиске. После смерти художника его друзья собрали деньги и выкупили полотно у вдовы мастера, а затем буквально навязали государству. Картина отправилась в запасники Люксембургского дворца, а позже переехала в Лувр, и лишь в 1947 году она, наконец, заняла свое законное место в Музее импрессионизма и затем была передана в музей д’Орсе, открывшийся в 1986 году.

Впервые «Олимпия» покинула Францию в 2013 году: она стала частью экспозиции в венецианском Дворце дожей и демонстрировалась вместе с «Венерой Урбинской». По словам директора музея д’Орсе и историка искусства Ги Кожеваля, для того, чтобы эта выставка состоялась, были проведены переговоры на самом высоком уровне. В том числе потребовалось личное участие президента Франции Франсуа Олланда. И именно он способствовал тому, что картина во второй раз покинула родные стены, на сей раз отправившись в Россию. «Я обратился к нему с вопросом, можем ли мы предоставить «Олимпию» для выставки в России. И президент ответил, что не против того, чтобы она направилась в Москву», – сказал Кожеваль.

«Никто не мог предположить такого чуда, – в свою очередь, рассказала Ирина Антонова, президент ГМИИ им. А. С. Пушкина. – Мы обсуждали с месье Кожевалем одну из предстоящих выставок в ГМИИ им. Пушкина, и я отметила, что «Олимпия» очень подошла бы для нее. «Я понимаю, что просить ее невозможно», – сказала я. Он очень внимательно посмотрел на меня и произнес: «Ну почему же невозможно». И тогда начались переговоры. Это очень большой жест для музея – расстаться с таким сокровищем».

Антонова добавила, что нынешняя выставка в Москве сравнима по значимости разве что с такими событиями, как явление в стенах ГМИИ им. Пушкина в свое время «Сикстинской мадонны» Рафаэля и «Джоконды» Леонардо да Винчи.

«Олимпия» расположилась в небольшом полутемном зале с бордовыми стенами, превратившимся в своего рода будуар. Организаторы отмечают, что знакомство с картиной должно стать медитацией: нужно сесть напротив полотна и долго вглядываться в изображение. «Это совершенно особая живопись, – рассказала Марина Свидерская. – Мане писал без теней, без скульптурного пластического основания. Он писал только цветом. В результате возникает удивительный эффект: совершенно некрасивая девушка с неклассическими пропорциями приобретает удивительную красоту и свежесть». 

Искусствовед отметила, что в картине есть тяготение к чертам художественного примитива – большие плоскости цвета и резкие контрасты. Но вместе с этим в ней присутствуют царственное богатство колорита и виртуозное разнообразие мазков. Зеленый занавес способствует появлению розового свечения, что делает девушку похожей на распускающийся бутон. «Борис Виппер называл ее розой, обсыпанной росой, – напомнила Свидерская. – У Мане не получилось богини. Но у него получился образ, наполненный свежестью и природной естественностью».

По-настоящему «Олимпия» раскрывается перед зрителем только после изучения ее отдельных фрагментов. Здесь важна каждая деталь: как напряжена голова героини, как смяты шелковые подушки, как соскальзывает с ноги одна из туфелек, как благоухает цветок орхидеи в волосах героини и как она смотрит на зрителя, прикрываясь левой рукой, точно отталкивая от себя. Пришедшая с цветами служанка вводит в повествование момент действия. Шурша бумагой, она будит кошку, которая изогнула спину, защищая свою хозяйку.

«Этой картиной Мане положил рубеж между всем предшествующим развитием мировой живописи и новым временем. Отказавшись от той системы идеалов, которая господствовала в мировой живописи до середины XIX века, Мане все же сумел сохранить веру в такие вечные чувства, как любовь и красота, – пояснила Ирина Антонова. – Он сказал правду о веке, который затем Александр Блок охарактеризует, как «век жестокий, беспощадный». Образ «Олимпии» созвучен с Сонечкой Мармеладовой Достоевского и Катюшей Масловой Толстого. Мы видим этот образ в «Травиате» Джузеппе Верди и на картине «Неизвестная» Ивана Крамского».

Проект «Олимпия» – это не просто выставка одной картины – полотно демонстрируется в окружении трех работ из собственного собрания музея, и в этом кроется особый кураторский замысел, автором которого стала Ирина Антонова. В одном зале с «Олимпией» зрители увидят копию Афродиты Книдской, знаменитой статуи афинского скульптора IV века до н. э. Праксителя. Это первое появление полностью обнаженного тела в европейском искусстве, которое у одних вызвало шок, а у других – восхищение. Здесь же можно изучить полотно «Дама за туалетом, или Форнарина», принадлежащее кисти наследника гениев Возрождения Джулио Романо, и картину Поля Гогена «Королева».

«Каждое из этих произведений является своего рода ступенькой к пониманию того, что представляли любовь и красота в разные периоды истории европейского искусства. И помогает нам понять творчество Мане», – сказала директор ГМИИ им. Пушкина Марина Лошак.  

Автор статьи: Маргарита Глухова. 

Источник: rewizor.ru

Обсуждения и отзывыДерзкая Олимпия

Комментариев пока нет. Будьте первым