подборки16 февраля 2016 г. в 12:46

6 и 7 февраля на сцене Волковского театра сыграна премьера по пьесе Николая Гоголя «Ревизор». Шумный, безудержный спектакль Дениса Азарова рисует карикатурный мирок богом забытой глубинки, где на стене и по сей день ковры с оленями и откуда «хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь». Сценография Ильи Кутянского напоминает о тех городках и рабочих поселках, где жизнь некогда была закручена вокруг какого-нибудь шарикоподшипникового или шпалозавода, а теперь отдана на откуп провинциальной чиновной фауне, которая рассматривает доставшийся ей кусок территории как свое «кормление». Этот противный, с готовностью пьющий, пестро наряженный управленческий сброд (художник Ваня Боуден одевает гоголевских персонажей в несусветные костюмы, более всего напоминающие театральный секонд-хенд) нисколько не напоминает вершителей судеб... Тем уродливее любое проявление их власти, тем больше вокруг расквашенных носов и страшно исполосованных спин унтер-офицерских вдов.

Матерый Городничий (Владимир Майзингер) сначала по-хозяйски вальяжен, разгуливая в тапках и домашней кофте, на которой «неразборчиво сияет какая-то медаль». Известием о ревизии он не слишком напуган: этот профессиональный мошенник, обманувший трех губернаторов, не понаслышке знает, что такое подкуп и показуха, а на крайний случай рядом всегда есть «силовик» без страха и упрека. Но в момент неожиданного известия, что ревизор живет в городе уже две недели, Антон Антонович дает слабину. Наглый Хлестаков (Виталий Даушев) врет настолько вдохновенно, «по Станиславскому», что «дурилка картонная» внезапно обретает вес, объем, масштаб. В разгар отвратительной дискотеки с караоке, устроенной в честь «дорогого гостя из дождливого Санкт-Петербурга», пьяный Хлестаков раскручивает вранье до масштабов демонических. Как тут не поверить Городничему, не напугаться на всякий случай... Даушев рисует образ Хлестакова как азартного человека из поколения «ты этого достоин!» и «бери от жизни все!»: он самоуверен, жаден до развлечений и готов ухватить любую малость, что внезапно плывет в руки, коли уж кое-кто обмишурился. А то, чего не сцапает Хлестаков, подберет и засунет в свой бездонный саквояж мелкий пакостник Осип (Илья Варанкин).

Рядом с полнокровным, громогласным кидалой Хлестаковым маленькие чинуши города N, суетливо выплясывающие с караваем и подсовывающие ревизору выпивку, кажутся совсем игрушечными и неопасными. Записной франт и сибарит Ляпкин-Тяпкин (Семен Иванов), раболепный недотепа Хлопов (Юрий Круглов), Бобчинский и Добчинский (Кирилл Искратов и Сергей Карпов), похожие на Труляля и Траляля, вычурный, диковинный Земляника (Алексей Кузьмин) и не менее странный немец Гибнер (Максим Подзин)... Последняя парочка вообще лишена права голоса – их интересы и реплики представляет хваткая чиновная мадам, постоянно меняющая парики по последней муниципальной моде (Александра Чилин-Гири). Все эти персонажи и персонажики мелко подсигивают перед сиятельным вруном, смешно думают свои тайные мысли, волею театральной звукоусилительной техники разносящиеся на весь зал. Пожалуй, единственный, кто в ситуации с ревизором не теряет головы, – это недвусмысленно игривый почтмейстер Шпекин (Руслан Халюзов), наслаждающийся и безобразной вечеринкой в честь высокого гостя, и скандальным финалом, и своей немалой ролью в этой истории.

Неожиданно весома в спектакле тема женской доли. Забавные дамочки – визгливая городничиха Анна Андреевна (Елена Шевчук) и дурында Марья Антоновна (Евгения Родина) – в какой-то момент скидывают маски, обнажая исконное, мечтательное, женское, чего-то светлого ждущее от грубого мира вокруг. Им вторит очкастая жена Хлопова (Анна Ткачева), с собачьей верностью выглядывающая мужа – не выпил ли, не изменил ли. С надеждой смотрят на Хлестакова роскошная унтер-офицерша с исполосованной спиной (Ольга Старк) и профессионально причитающая слесарша (Виктория Мирошникова) – две обиженные жизнью сиротинушки, наконец нашедшие мужское плечо, на котором можно порыдать. Но все надежды зря, плечо укатило дальше в свою Саратовскую губернию, а соблазненной Марье Антоновне только и остается, что тоскливо бродить за сценой с фальшивым «беременным» животом.

Собственно, что тут тосковать – у них, у женщин, и неприятности невесть какие, как напоминает Городничий: «Вас посекут, да и только, а мужа и поминай как звали». И луч света в финальной сцене уж очень настойчиво высвечивает «Последний день Помпеи».

ОбсужденияПремьера спектакля «Ревизор» в постановке Дениса Азарова. Фотоотчет
Комментариев пока нет. Будьте первым